Существует весьма реальная вероятность того, что после 7 июня Армения может вступить в новый политический этап. Об этом на своей странице в Facebook написал бывший министр иностранных дел Вардан Осканян.

В частности, он отметил: «Вчера я опубликовал статью на английском языке, адресованную всем аккредитованным в Армении дипломатическим представительствам и западным наблюдателям, надеясь, что они преодолеют свою предвзятость, нарушат молчание и озвучат своё осуждение в связи с очевидной кампанией ненависти и угроз, осуществляемой правящей партией, а также злоупотреблением властными рычагами. Ниже представлены армянский перевод статьи и ссылка на неё».

Армения приближается к парламентским выборам 7 июня 2026 года не в атмосфере демократической конкуренции, обещанной после событий 2018 года, а в условиях нарастающего запугивания, страха и политического давления. Страна, которая когда-то представляла себя как историю демократического успеха на Южном Кавказе, всё больше напоминает государство, где власть удерживается не убеждением или институтами, а запугиванием, давлением и злоупотреблением рычагами власти.

Поведение Никола Пашиняна в предвыборный период стало ещё более тревожным, конфронтационным и откровенно несовместимым с теми стандартами, которые ожидаются от демократического государства, готовящегося к выборам.

В одном из беспрецедентных выступлений, адресованных лидерам ведущих оппозиционных партий, он пригрозил их «размазать», уничтожить. Подобной риторике нет места в демократической конкуренции, равно как и в лексиконе действующего премьер-министра, несущего ответственность за соблюдение конституционного порядка. Это язык запугивания и политического доминирования.

В другом тревожном эпизоде Пашинян публично вступил в перепалку с одним из беженцев, насильно перемещённых из Нагорного Карабаха, и спросил: «Почему ты вообще не умер? Почему ты жив?» — явно намекая на то, что перемещённый человек должен был остаться и сражаться во время насильственного исхода из Арцаха. Не менее тревожным был и публичный инцидент с женщиной-гражданкой, в ходе которого Пашинян оскорбил и публично унизил её.

Это не единичные инциденты и не случайные речевые оговорки. Они отражают более широкую модель поведения, которая всё больше ассоциируется с персонализацией власти, запугиванием критиков и таким поведением, которое с трудом сочетается как с демократическими нормами, так и с духом собственного конституционного и правового порядка Армении.

Тем не менее на фоне всего этого особенно заметно молчание Европы. Те же европейские институты, которые справедливо говорили о демократическом откате в других местах, похоже, неохотно применяют те же стандарты к Армении. Стратегические приоритеты и геополитические расчёты всё больше подменяют объективность.

Европа должна использовать этот период, чтобы говорить ясно и беспристрастно. Она должна призвать к сдержанности в политическом языке, к равному отношению к оппонентам, защите инакомыслия, уважению к институтам, соблюдению верховенства закона и прозрачности всех действий, предпринимаемых в отношении политических соперников. Молчание в условиях очевидных злоупотреблений грозит превратить Европу из наблюдателя в их пособника.

Существует весьма реальная вероятность того, что после 7 июня Армения может вступить в новый политический этап. Правительства меняются. Политические реалии развиваются. Долгосрочные отношения Европы — не с каким-либо режимом, а с армянским государством и армянским народом.

Если европейские акторы продолжат подчинять демократические принципы краткосрочным геополитическим интересам или политическим предпочтениям, они рискуют серьёзно подорвать свою репутацию в глазах той политической реальности, которая может сформироваться впоследствии. Брюссель десятилетиями и сотнями миллионов евро — из средств европейских налогоплательщиков — инвестировал в демократическое развитие Армении. Эти инвестиции не должны теперь быть принесены в жертву политическому удобству или избирательным стандартам.

В противном случае армянский народ, а также любое будущее правительство, могут обоснованно прийти к выводу, что поддержка Европы на самом деле никогда не касалась демократии, верховенства закона или плюрализма, а была направлена на согласованность с предпочтительным политическим актором.

В таких условиях молчание — это не нейтралитет. Это политический выбор.

Source: https://news.am/ru/news/1036788